Алексей Воробьев сообщил о съемках в Голливуде

«С юмором там необходимо быть аккуратнее»

Алексей Воробьев дает это интервью как Alex Sparrow — актер, певец, автор музыкальных произведений, а еще режиссер и сценарист, который на данный момент огромную часть собственного времени проводит за океаном. Не так давно свершилась премьера юмористического телесериала «Космические силы», где Алексей играет капитана Юрия «Бобби» Телатовича, наблюдающего от ВКС Российской Федерации. Пока кинокритики не торопятся называть проект телесериалом мечты, сравнивая его с таким хитом как "Кабинет", над которым работали те же шоураннеры. Однако это не воспрепядствовало ему попасть в топы по обращениям во всем мире. И естественно стать большим шагом в карьере Воробьева. «МК» связался с Алексеем и сейчас знает, как живет Alex Sparrow.

Алексей Воробьев сообщил о съемках в Голливуде

В американском телесериале «Космические силы» Алексей Воробьев получил роль российского офицера ВКС с полностью прогнозируемым именованием Юрий.

— Голливуд вправду в первый раз за свою историю застыл, полностью все проекты остановлены. Однако, невзирая на продолжение карантина и драматические действия, происходящие сейчас в Америке, ощущается, что промышленность понемногу оживает. Например, к примеру, в последние дни я опять начал получать сцены для проб в новых проектах: продакшны равномерно ворачиваются к работе.

— Я научился соединять воединыжды и то и это: как автор музыкальных произведений пишу музыку к фильмам, в которых снимаюсь, как сценарист и режиссер — пишу, снимаю и монтирую свои музыкальные клипы. Иметь возможность создавать все самому — большущее преимущество, так как неописуемо тяжело разъяснить иному человеку, как понимаешь, ощущаешь и видишь это ты. Столкнувшись с данной ситуацией в самом начале собственной музыкальной карьеры, я осознал, что если желаю, чтоб что-то звучало так, как это слышу я, то сам должен всецело освоить все способности написания музыки и сотворения аранжировок. А потому что я играю фактически на всех музыкальных инструментах, то и записывать их тоже могу сам.

Приблизительно то же произошло и в кино: на съемочной площадке я безпрерывно обучался, приставал с вопросами к осветителям, операторам и монтажерам. В итоге сейчас я умею не лишь снимать, да и ставить свет, и монтировать (не считая огромного количества клипов и маркетинговых роликов на моем счету уже есть полнометражный кинофильм итальянского производства, в каком я выступил в качестве режиссера монтажа). На сегодня для сотворения чего бы то ни было мне не необходимы никакие посредники меж мной и получением творческого результата — полностью все я делаю сам.

Это и благословение, и проклятие сразу: если отвечаешь за создание всего, то это интересное путешествие поглощает все твое время. Потому в критериях самостоятельной изоляции моя жизнь не очень поменялась: я как и раньше каждый день работаю в студии, делаю аранжировки, монтирую, пишу музыку и сценарии. Мой новый, который был снят в карантинном Лос-Анджелесе клип на «Lets Stay Home Tonight» взяли в ротацию фактически все американские музыкальные каналы. И если ранее, в Америке, как и у нас, было принципиально найти, кто ты прежде всего — актер либо музыкант, то на данный момент этого стального разделения, к счастью, больше нет.

— Не будучи в Голливуде, нереально осознать, как тяжело получить тут роль не лишь русскому, а в принципе хоть какому актеру. Малюсенький эпизод с одной фразой в студийном проекте считается большой, которая вызывает огромное почтение фортуной. Однако если актеров на маленькие роли выбирают из сотен кандидатов, то на роли приглашенных звезд, в особенности если это принципиальная для проекта роль иноземца, как Бобби в «Космических войсках», — время от времени из тысяч артистов во всем мире.

Чтоб играться российского в американском кино, русским быть не непременно, основное — быть не американцем. Пробы обычно проходят в несколько туров: поначалу агенты подают анкеты собственных артистов. И избранные актеры снимают свои 1-ые пробы сами — это называется «селф-тейп». По снятым сценам пробы выбирает, кого позвать на очные пробы, нередко уже в присутствии продюсеров, время от времени — режиссера. И лишь после чего делается выбор.

Чем крупнее проект, тем меньше вы получаете инфы о сюжете и собственном возможном герое; читать сценарий на первых стадиях проб для вас никто не дает. «Самопробы» — это постоянно собственного рода рулетка, в особенности для актера российской школы, который может сыграть всякую сцену с обилием принципно различных интерпретаций. Однако на фазе отбора это никого там не интересует: все должно просто совпасть. Самое смешное, что при неограниченном количестве проб, которые я наснимал в течении этого времени — я пробовался даже на роль Джонни Кэша, — в оба огромных американских проекта меня утвердили сходу после присланных «самопроб».

— «Космические силы» — 2-ой мой большой студийный проект: ранее я снялся в одной из главных ролей третьего и 4-ого сезонов пользующегося популярностью американского телесериала «UnREAL», где сыграл звезду балета на последней стадии саморазрушения.

Тогда меня поразило, что они снимают каждую серию в серьезной хронологии — как в сценарии, но не по объектам, как у нас. И, к примеру, сцену у бассейна, которую у нас перенесли бы на конец съемок — в мае, там снимали в феврале. Дело было в Канаде, и мы с моими американскими сотрудниками-актерами в кадре при минусовой температуре «загорали» у бассейна — лишь поэтому, что в сценарии сцена была прописана конкретно в данной серии. Я, если честно, кое-как для себя представляю, чтоб подобное было может быть у нас. Однако там — это твоя работа, иди и делай.

Съемки в Голливуде — это прежде всего твердая дисциплина и четкая специализация: каждый знает до мелочей, за что отвечает. И никто не имеет права никому ни в чем «оказывать помощь» — каждый занят лишь своим конкретным делом.

Ну и основное, наверное, отличие — в американском кино нет нашей традиционной кинокоманды: «Тишь на площадке!!!» Тут и на натурных съемках, и в павильоне не лишь во время дублей, да и в паузах меж ними стоит полная тишь.

— Я не уезжал в Америку — я просто на данный момент там работаю. Артисты, как цыгане, скитаются из государства в государство, из города в город, из проекта в проект…

В первый раз в Лос-Анджелес я приехал в 2011 году, поставив подпись под договором с одним из самых крупных в то время музыкальным продюсером RedOne, и, естественно, это было сложным решением. Без всякого познания языка приехать в другую государство, в совсем неведомую мне жизнь и склад ума, где необходимо начинать все с нуля… Однако мне было всего 23, я только-только одолел в ледовом проекте, начав его, не умея стоять на коньках, тогда и мне все казалось вероятным — вообщем, как и на данный момент. Моя команда и моя семья меня постоянно и во всем поддерживали, так что дело оставалось за малым: выучить язык, осознать данный новый, очень отличающийся от нашего мир и испытать чего-то достигнуть там.

А что мною двигало? Здесь все очень просто. Я обучался в Школе-студии МХАТ на втором курсе, безпрерывно снимался в кино и телесериалах, к которым писал саундтреки. Я хорошо зарабатывал и мог приблизительно расписать свои последующие 10 лет жизни. Однако когда возник шанс поднять планку и достигнуть чего-то большего, я сходу за него ухватился.

Тогда трагедия и широкий инфаркт не дали возможность мне выполнить загаданое: полупарализованный инвалид американской музыкальной промышленности был не необходим. Однако, согласитесь, каждый, кто отказывался от шанса шагнуть в неизвестность и выяснить, что жизнь приготовила на том пути, спустя на протяжении нескольких лет постоянно будет держать в голове о моменте, когда все могло поменяться. Я знаю точно: какой была бы моя жизнь на данный момент, если б тогда я не отважился. И знаю, какой увлекательной быть может жизнь хоть какого человека, если он не будет страшиться препядствий и перемен.

— Моя 1-ая сцена в 1-ый же съемочный день была со Стивом Кареллом, и это была сцена на двоих. Получаешь неимоверный опыт, когда наблюдаешь, как работает Карелл, так как он высокий специалист комедийного жанра. Чрезвычайно любопытно видеть, как с каждым последующим дублем он меняет набросок и начинает добавлять мелкие детали к сцене и к собственному персонажу, что дозволяет и мне проявлять реакцию, и отыгрывать по-иному. Как продюсер Стив был максимально открыт для всех моих предложений, что на схожих проектах большая уникальность.

Чрезвычайно ожидал сцены, где будут они оба, — это было в особенности любопытно. У Малковича совсем иной подход: он чрезвычайно скрупулезно ведет работу по подготовке к роли, постоянно со сценарием, делает массу пометок и в кадре максимально точен в каждом дубле.

Разговаривать с Малковичем и совсем одно наслаждение: он любит русскую литературу, это глубокий, неописуемо образованный и начитанный человек. Мы большое количество времени. проводили в ожидании собственных сцен, много говорили. Мне было любопытно выяснить, как он относится к одиночеству. Он говорил, что никогда не мучился, постоянно употреблял время, чтоб обучаться чему-то новому. Малкович для меня — пример человека, умеющ?? сосредотачиваться не распыляясь.

— Это всего только иной склад ума. Другое воспитание. Остальные мульты в детстве… Годом ранее я посиживал в компании американцев у костра на берегу океана, и в которой-то момент один из гостей взял гитару и начал петь. Понимаете, что он пел? Я бы с удовольствием для вас сообщил, но никогда в жизни не слышал этой песни, а все люди вокруг начали ему подпевать.

Тут не ужаснее и не лучше, чем в хоть какой иной стране мира, просто по-иному. Как в критериях жизни, так и в работе есть иная сторона медали. Тут нельзя допускать никаких шуток ниже пояса, и в принципе с юмором на любые темы необходимо быть аккуратнее. Даже просто комплимент девице по причине ее наружности, но не мастерства, быть может расценён как домогательство.

Для того чтоб тут работать, необходимо знать историю государства и промышленности, в какой собираешься состояться. Чтоб осознавать людей, необходимо знать, как они к данному пришли.

— Мой быт не изменялся уже огромное количество лет, не зависимо от государства жительства. Если я не на съемках, а дома, то изредка готовлю пищу, провожу большое количество времени., продумывая новый сценарий либо музыку. Усердствую каждый день выделять время на спорт, но предпочитаю писать музыку в собственной домашней студии, ежели аналогичное время израсходовать на поднимание и опускание железа. Нередко засиживаюсь допоздна, время от времени смотрю новые киноленты либо телесериалы.

Жизнь в Лос-Анджелесе снаружи — один в один, как на картинах из кино. Она иная снутри.

Я считаю, единственная новая привычка, неоднократно усиленная карантином, которая у меня возникла, — это привычка быть одному. Однако думает, что, когда встречу даму, с которой мне будет увлекательнее, чем один на один с собой, я с наслаждением шагну в это новое путешествие, как когда-то шагнул в самолет, чтоб пересечь Атлантический океан и начать новую страничку собственной жизни и работы в неведомой мне стране.

Источник www.mk.ru

0
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.